отрывок...
...-Артур! Артур, ты меня слышишь? – я пыталась растолкать тебя уже несколько минут. Как я и предполагала, жить один ты не смог. Я пришла к тебе в квартиру и поразилась убогости твоего существования.
Пришлось брать в руки тряпку, потом идти в магазин за продуктами, готовить тебе горячую еду и смотреть, как ты с жадностью ешь. Ты…весь позеленевший от бессонных ночей, алкоголя и сигарет. Или чего-то похуже?
-Артур, во что ты превращаешься?
Мне было так жалко тебя! Хотелось прижать тебя к себе, как маленького.
-Варь, пожалуйста, давай без нотаций. Очень голова болит.
Ты выглядел, как нашкодивший котенок.
-Артур, возвращайся. Пожалуйста, я прошу тебя. Поехали домой. Ну, захочется тебе пожить одному, будешь сюда ездить или работать здесь, но, пожалуйста, поехали домой. Мне плохо без тебя, - я была готова валяться у тебя в ногах и умолять и упрашивать, лишь бы вытащить тебя хоть на время из черного болота.
Ты молчал, ну конечно, признать, что я была права, когда говорила, что ты не сможешь жить один. Это было тяжело. Но все же остатки здравого смысла проснулись, и ты послушно поехал со мной.
Где-то пару месяцев мы прожили, как нормальные люди, ты стал снова тем Артуром, которого я обожала. И работы твои поражали меня своей красотой.
Все закончилось, когда ты получил награду от модного журнала. Я пошла с тобой на вечеринку, надеясь увести тебя пораньше.
Ты сказал мне:
-Я дойду до туалета, и мы поедем домой.
Ты ушел… и я ждала тебя сорок минут. А тебя все не было.
В итоге ко мне стал клеиться какой-то потный жирный кабан. Я кинулась искать тебя. Прорвалась сквозь скачущих на танцполе людей и нашла тебя. В углу, рядом с туалетом ты тискал какую-то пьяную блондинку, она висла на тебе и повизгивала, а ты шарил под ее платьем. И я сама того, не желая, заорала:
-Артур! Артур!
Ты обернулся. Я никогда не видела у тебя таких глаз. Стеклянные и совершенно бессмысленные.
-Кто это, Артурчик? Твоя мамочка? – проговорила блондинка и прижалась к тебе еще теснее.
-О да! Это моя проклятая мамочка! – протянул ты и отвернулся.
Меня затошнило.
Я кинулась прочь из клуба.
Ты пропал на неделю. Что я за эту неделю пережила словами высказать невозможно. Стоило мне закрыть глаза, как я видела твои руки под платьем той блондинистой шлюхи. И твой стеклянный взгляд, и твои слова:
-О да! Это моя проклятая мамочка!..
Ты позвонил и скулящим голосом произнес:
-Варя! Варя! Я в ментовке! Приезжай, я умоляю тебя.
Я поехала! Я полетела к тебе.
Ты выглядел ужасно и еще ужаснее вонял.
.....
Я понимаю, ты был талантлив до мозга костей. Ты был гений. Меня всегда влекло к гению, граничащему с сумасшествием. Иначе и не могло быть.
Я не разбираюсь ни в живописи, ни в фотографии, но некоторые художники волнуют мою кровь. Я никогда не понимала сюрреалистов, они все были недоступны моему понимаю до тех пор, пока я не встретила тебя. Ты открыл мне глаза на гениальную извращенность мозга.
Твои фотографии всегда производили на меня неизгладимое впечатление. Не те, которые печатались в глянцевых журналах, все эти знаменитости, раскрашенные силиконовые тетки. Лаковые груди и губы. Глянец. Это не определение – это образ жизни. Мне было это чуждо. До определенной степени это было чуждо и тебе. Сначала я думала, что он завораживает тебя, пока не поняла, что только глянец дарит тебе ощущение власти над тусовкой, но на самом деле твои мысли, твоя сущность была занята совсем другим. Как я поняла что ты гений? По тем фотографиям, которые не печатались в журналах мод.
Вот ребенок с мороженым в маленькой ладошке. Растаявшие сливки капают на рукав стеганого пальто, на лице выражение полной отрешенности. Странно, как это у ребенка может быть такое лицо? Но твой фотоаппарат захватил его. Ты умел подмечать в людях скрытые эмоции. И от этого твои фотографии становились живыми.
Внутри тебя всегда жила раздвоенность: гениальный фотограф и маленький ребенок, так и не ставший настоящим мужчиной.
В редкие моменты, когда ты был настоящим, я смотрела на тебя с восхищением, граничащим с фанатизмом. Тонкое лицо в обрамлении темных прямых волос, морщина, пересекающая лоб, словно шрам. Тебе хотелось быть только художником, хотелось показать миру свое собственное видение. Огромные фотографии-картины с изображением падающих листьев. Тонкие изломанные ветви клена и падающие, словно тающие в осеннем воздухе листья. Или вот старик на лавочке. Он опирается на костыль и смотрит на свою собаку, обнюхивающую дохлого воробья.
Твои старики, старухи, дети, бродячие собаки и кошки – все они представляли тебя. Твой внутренний мир, полный дисгармонии и надлома...
Тебе хотелось творить и показывать работы свету. Но люди, окружающие тебя, хотели только одного – ярких цветных фотографий, умелого света и грима, скрывающего все пороки и являющего миру нечто иное, отличное от возраста, морщин, распущенности, от самой жизни.
Ты был слаб.
И именно поэтому мы с тобой оказались в яме. В гнилой яме наркотического забытья. Просто ты нашел для себя самый легкий способ убежать от раздражающего тебя мира.
…Ты позвонил и скулящим голосом произнес:
-Варя! Варя! Я в ментовке! Приезжай, я умоляю тебя.
Я поехала! Я полетела к тебе.
Ты выглядел ужасно и еще ужаснее вонял…
Начало конца. Странное словосочетание. Очень верное. Для нас с тобой. Героин поставил крест на моей любви к тебе и постепенно стал подталкивать к ненависти. Это чувство только зарождалось во мне, но тогда я еще не знала, до какой степени оно станет разрушающим и куда приведет меня.
На задворки Москвы, в СИЗО, в притоны, к шестеркам, торгующим наркотиками в долг.
Я совершала для тебя самые невероятные вещи, о которых, мой до ужаса благополучный мозг, не мог даже и додуматься. До тебя… Боже! Что в моей жизни было до тебя? Ровным счетом ничего. Пустота, наполненная какими-то банальностями. Ты внес в мою жизнь нечто разрушительное. Пронесся, как ураган, смел на своем пути все живое во мне.
Когда в тот первый раз я вытащила тебя из ментовки, купала тебя в ванной, кормила тебя горячим супом. А ты сидел весь серый и потерянный. Тогда я впервые четко осознала, что самой мне не справиться. Тебе нужна помощь.
-Артур, - осторожно начала я.
-Артур, мне кажется, тебе нужна помощь.
-Да, ты помогла мне. Спасибо. Я виноват перед тобой. В последнее время я только и делаю, что разочаровываю тебя.
Я опустилась на колени и сжала твои руки.
-Артур! Ты не можешь меня разочаровать. Я люблю тебя, я живу тобой. Но я не могу сама справиться с этим. Я не могу помочь тебе своими силами. Я пыталась. Ты же знаешь, я пыталась. Но тебе нужен врач.
Ты оттолкнул меня, вскочил со стула, лицо исказила злоба.
-Так вот чего ты хочешь??? Запереть меня в психушку?
Я беспомощно смотрела на тебя, сидя на полу.
-Нет, ну что ты!
-Я вижу! Я все вижу! Я тебе в тягость! Ты считаешь, что я псих и наркоман! Я надоел тебе!
-Нет, нет! Артур! Ты не прав!
Я вскочила на ноги и кинулась к тебе, но ты пнул меня так сильно, что я снова осела на пол.
-Я не хочу в больницу! Ты знаешь, что там делают с людьми? Они промывают мозг! ПРОМЫВАЮТ МОЗГ!!!!!! Ты понимаешь?! Я выйду оттуда калекой!!! Я не могу стать калекой!
Ты бегал по квартире, переворачивая стулья. Я смотрела на тебя и вдруг поняла, что боюсь тебя. Я боюсь тебя. Ты подбежал ко мне, схватил меня за руки и рванул вверх, я чувствовала, как рвется блузка, а твои пальцы оставляют синяки.
-Артур! Что ты делаешь?
-Я хочу, чтобы ты поняла! Я НЕ ХОЧУ В БОЛЬНИЦУ!!!!! Я сам справлюсь! САМ!
-Нет, не справишься. Артур. Ты не справишься.
И тут ты впервые ударил меня. Наотмашь, своей аристократической ладонью по моей плебейской щеке. Черт! Мне показалось, что кусок мозга лопнул.
-О Господи! Что ты наделала! Ты! Заставила меня ударить тебя!
Ты прижал меня к себе. Ошарашенную, поскуливающую от боли. Я в тот момент вообще не поняла, что произошло.
-Прости меня! Ну, прости меня!
И заплакал.
Ты плакал как ребенок.
Я сделала вид, что ничего не произошло, и мы снова зажили как прежде. В тот период ты сделал свои самые лучшие фотографии. Я смотрела на твои горящие глаза и вдруг на миг забыла обо всем, что происходило вот уже полгода. Настолько красив ты был, настолько гениальны были твои работы. Мне показалось, что ты и вправду сможешь выбраться сам. Сможешь справиться. И пропустила тот момент, когда это снова произошло. Опять пропустила. Каждый раз я убеждала себя, что не пропущу момент.
И вот ты снова не пришел ко мне. Снова закрылся у себя в квартире.
...ПО ДРУГУЮ СТОРОНУ РЕАЛЬНОСТИ…
Я вхожу в твою квартиру. Темнота. Тишина. Я практически на ощупь пробираюсь по длинному коридору. Иду… Сердце начинает биться в висках. Что я увижу за плотно закрытой дверью твоей комнаты? До чего же воняет… Даже не могу понять, чем именно. Эта вонь облапила меня всю с головы до ног. Где же ты?
Вот она дверь… Ни звука. Осторожно толкаю ее кончиками пальцев, сердце замерло, дыхание остановилось.
Все тот же полумрак, только тоненькая полоска света пробивается сквозь щелку между шторами. Ни одного звука, ни одного движения… Где же ты? Дыхание все не возвращается, мой мозг сейчас лопнет от напряжения.
Стараюсь не смотреть по сторонам… Наткнулась на что-то…
Из горла вырвался звук… это я его издала? Какой-то предсмертный хрип…Я наткнулась на тебя. Ты лежишь на полу в странной позе, словно все твои кости вывернуло наизнанку. Заставила себя дотронуться до тебя. Теплый… Живой…
-Артур…. – хрипло позвала я. Никакой реакции.
-Артур….
Нужно раздвинуть шторы.
Свет ворвался в комнату, я медленно перевела взгляд на тебя и не сдержала вопль ужаса. Твое вывернутое, словно изломанное тело, посиневшие изрезанные руки....
Это не ты… Нет… Это не мог быть ты….
-Артур…
Я кинулась прочь из квартиры. Только на площадке до меня дошло, что я просто не могу бросить тебя там в таком состоянии. Мозг усиленно выстукивал:
-Уходи, уходи, уходи, оставь, все это не для тебя, ты не потянешь, это не твоя ноша.
Но сердце, сердце протяжно заныло.
О, черт возьми! Надо удалить его! Вырезать, чтобы не ныло.
Усталый врач вышел ко мне. Его глаза не выражали совершенно ничего. Безразличные, холодные глаза.
-Девушка, идите домой. Не сидите здесь. Здесь нельзя находиться.
Я все смотрела и смотрела на его огромные ручищи… Отчего это у врачей такие нереальные руки?
-Девушка, слышите меня?
Голос проникал мне в уши, словно через вату.
-Да, я сейчас ухожу. Ухожу. Как он?
-Он пока никак. Идите отсюда. Позвоните или приедете завтра.
Я вышла из больницы. Неужели я просидела тут всю ночь? Небо над городом стало серым. Сырой холод проникал под тонкий пиджак. В голове стоял шум. Как-то пусто было на душе. Так всегда бывает после сильного стресса.
Надо уходить. Немедленно. Хватит! Хватит! И позвонить на работу. Пусть, что хотят со мной сделают, но видеть людей, решать какие-то вопросы и заниматься каким-то убогими делами, после всего пережитого этой ночью, было выше человеческих сил.
За больничным забором стояло такси. Водитель стоял рядом и курил. Вид у него был хмурый и помятый. Видимо спал в машине.
-До города довезете? - почти прошептала я. Мужик оглядел меня с сомнением.
-Я не пациентка, я родственница.
-Ну садись. Поехали.
В машине было тепло и пахло каким-то яблочным ароматизатором.
-Кто у тебя здесь?
-Парень.
Мне вдруг отчаянно захотелось все рассказать этому усталому немолодому водителю, но зачем ему мои горести? И поэтому ничего рассказывать я ему не стала.
-Наркоман?
-Да…
-Бросай его.
-Не могу…
Водитель вздохнул и больше не произнес ни слова.