«Тебе, моя последняя любовь…» (с)
Утро было уже не раннее, но из-за серой и мрачной погоды казалось, что до наступления дня еще очень далеко. В воздухе висела мелкая изморось. Девушка, вышедшая на перрон из вагона поезда, зябко повела плечами и растеряно оглянулась. Слишком много людей сошло вместе с ней. Щуря близорукие глаза, она всматривалась в лица, но не находила нужного. И вот уже толпа немного поредела, а она так и стояла у своего вагона, не решаясь отойти. А что если он все же не придет? Что тогда делать? Сколько она уже стоит? Она поглядела на часы в телефоне, всего-то три минуты, а кажется – не меньше часа. От волнения стало слегка подводить желудок. Или это от голода? Она не ела все 17 часов, которые была в дороге. Не могла… Ну где же он? Все же вспомнил старые обиды? Нет, он не мог. Не тот это человек. Или мог? А вдруг с ним что-то случилось?..
Он увидел ее издалека. Короткая черная куртка, джинсы, туфли на высоких каблуках, темные гладкие волосы до плеч. В одной руке небольшая дорожная сумка, в другой телефон. Вот она начала нервничать и решила видимо звонить. Пора…
-Привет.
Она вздрогнула и обернулась. Большие серые глаза испуганно-удивленно уставились на него, он улыбнулся. Она облегченно выдохнула и порывисто обняла его.
-Привет, - прошептала она ему прямо в ухо. Ему на секунду стало очень жарко.
-Пошли? Давай сумку.
Она отдала ему сумку, и он повел ее к выходу из вокзала.
-Даже не верится, что ты все же приехала.
-А ты что думал, я снова тебе лапшу на уши вешаю?
-Ну, если честно, такая мысль проскальзывала.
Она громко и нервно рассмеялась.
-Я, конечно, редкостная скотина, но не до такой же степени.
-Не говори так о себе. Ты же знаешь, мне это не нравится.
-Куда поедем? К тебе? Это далеко?
-Далековато, может, ты есть хочешь?
-Есть хочу, но не так чтобы не дотерпеть до дома.
Он открыл дверь машины, закинул ее сумку на заднее сиденье. Потом открыл дверь для нее и помог сесть.
-Хорошая машина, - улыбнулась она, оглядывая светло-бежевый при-ятно пахнущий салон.
-Да, неплохая.
Он чувствовал, что она скована и напряжена. Они ехали, она смотрела на дорогу, плотно сжав губы.
-Что-то не так? – спросил он.
Она посмотрела на него и вдруг сказала:
-Остановись где-нибудь, пожалуйста.
-Сейчас?
-Да, сейчас. Мне нужно кое-что сделать срочно.
Он притормозил на обочине. Она отстегнула ремень безопасности, по-вернулась к нему, подвинулась поближе, взяла его лицо прохладными ладонями и поцеловала в губы. Мягко и вкусно. Отстранилась и наконец-то улыбнулась.
-Ну вот, теперь можно ехать.
Он рассмеялся.
-Что смешного? Мы не виделись полжизни, а ты даже не поцеловал меня.
-Да, я как-то…
-Ай, не оправдывайся.
Напряжение немного спало, и они поехали дальше.
Она смотрела на убегающую дорогу, мысли убегали вслед за километ-рами.
Сколько лет прошло с того дня, когда она впервые увидела его? Целая жизнь. Ее жизнь. Его жизнь. Две разные жизни. Они соприкасались всего несколько раз. Но этого хватило, чтобы навсегда остаться ярким светом в памяти и огромным незаживающим рубцом в сердце.
-Ну, проходи. Располагайся.
-Да, спасибо.
Она с любопытством осматривала его квартиру. Было уютно и довольно мило. И явно ощущалось женское присутствие: любовый роман на кресле, фен и круглая расческа для укладки на полочке под зекалом... Она грустно улыбнулась.
Он убеждал себя в том, что в его душе не осталось ничего из прошлых чувств к ней, что эта встреча и она вместе со своими большими глазами, гладкими волосами и горькими духами - просто приятный, но ничего особо не значащий эпизод в его жизни. Но вот он увидел ее снова так близко, почувствовал вкус ее губ, и вся тщательно выстроенная стена рухнула. И он маялся и не знал, куда себя деть и как себя вести, чтобы она не поняла этого.
Но она поняла. Она поняла, но виду не подала.
-Что будешь есть?
-Все равно. О, у меня есть подарок для тебя.
Она открыла сумку и вынула оттуда большую бутылку рома.
-Спасибо…но не надо было.
-Почему? Заодно и мой приезд отметим. Наливай.
Он достал два стакана, плеснул понемногу из бутылки.
Она взяла стакан и посмотрела ему прямо в глаза.
-За встречу.
-За встречу.
Они чокнулись и выпили.
-Крепкая штука, - выдохнула она.
-Да…
Они сидели на кухне, ели жареную картошку с солеными огурцами и колбасой и пили ром. Было так тепло и уютно, и даже сонно. За окном частил меленький дождик.
Они сидели друг напротив друга, говорили о какой-то ерунде и думали каждый о своем. Он смотрел на нее и думал – почему у нее такие грустные глаза? А она смотрела на него и думала – почему все сложилось не так, как хотелось?
-Спасибо, все было очень вкусно.
-Да ладно тебе. Изыски готовить не умею, да и времени не было.
-Нет, правда, все очень хорошо. У тебя курить можно?
-Не бросила?
-На время бросала, потом опять начала.
Он поставил пепельницу. Курили молча. Она смотрела, как улетает в форточку сигаретный дым.
-Можно мне в душ? Семнадцать часов в поезде тяжеловато.
-Да-да, конечно. Сейчас дам полотенце.
Он выкурил еще одну сигарету, походил по комнате, передвинул фотографии, поправил штору. Она появилась в дверях комнаты, обернутая полотенцем, с вещами в руках.
-Куда можно положить?
Он уставился на нее.
-А-а…вот тут…на стуле.
Она стояла в полотенце, он стоял напротив и смотрел на ее обнажен-ные плечи, не в силах ничего сказать. И она сказал за него.
-Дай что-нибудь накинуть. У тебя прохладно.
Он подошел ближе и прижал ее к себе, вдыхая забытый запах ее кожи.
Полотенце упало на пол.
-Я думал, что никогда больше не смогу обнять тебя, что никогда не увижу тебя…
-Заткнись…
Они любили друг друга так, будто это в первый и в последний раз в их жизни. Это был дикий непередаваемый восторг от ощущения друг друга каждой клеткой не столько тела, сколько души.
-Ты дрожишь, тебе холодно? – прошептал он.
-Нет, мне жарко, просто все … все слишком … Слишком много эмоций. Не могу справиться.
Она уткнулась в его плечо, и он почувствовал ее мокрую щеку, она всхлипнула.
-Ты что плачешь?
Он попытался отстраниться, но она только крепче прижалась к нему.
-Не обращай внимание. Это …пройдет…
Она глубоко подышала, успокаиваясь.
-Ну вот, прости…нервы ни к черту. Принеси что ли рому.
Они сидели на диване под одним одеялом, пили ром, разговаривали. Казалось, они вместе долгие годы. Хотя за эти самые долгие годы это была всего вторая их встреча. И совсем неизвестно, будет ли еще хоть одна. Поэтому они не могли наговориться, не могли наглядеться друг на друга, не могли оторваться друг от друга.
Никаких выяснений отношений, никаких взаимных претензий. Они просто были вместе, здесь и сейчас. Конечно, в его взгляде, в ее смехе виделась и слышалась горечь. Невозможно было отрицать реальность полностью. Она проникала в комнату, когда они вдруг замолкали, и в воздухе повисало все то, о чем они оба молчали. Тогда она брала его руку в свою, и возвращала в тепло их сегодняшнего счастья.
На следующий день они выбрались побродить по городу. Но она мало на что обращала внимание. Ей было важно одно – он был рядом, и его рука держала ее ладонь крепко и надежно. Пусть это только сегодня, пусть это призрачное ощущение, но оно было и грело ей душу.
Она уезжала поздно ночью.
Они приехали на вокзал, долго сидели в машине и молчали.
-Ну вот…- наконец она решила нарушить тишину. – Я должна идти…
-Да, пошли.
Они вышли в темную октябрьскую ночь. Ветер трепал волосы и пронизывал до костей, в лицо била какая-то ледяная крошка, обжигая кожу.
-Холодно сегодня.
-Да.
Они стояли на перроне. Мертвый свет фонарей делал их лица немого нереальными, словно потусторонними.
-Я рада, что мы увиделись.
-Я тоже…
-Когда теперь?..
-Не знаю.
-А вдруг никогда?
Она поджала губу и отвернулась, резким движением вытирая глаза.
-Вот черт! Обещала же себе – никаких соплей. А только и делаю, что реву.
-Эй, перестань.
Он притянул ее к себе и поцеловал. Они обнялись и стояли так до тех пор, пока не объявили посадку.
Она не могла заставить себя разомкнуть озябшие вконец руки и выпустить его из своих объятий, ведь это действительно могло быть навсегда.
-Тебе надо идти …
-Надо ...
Они оторвались друг от друга.
-Я пошла.
Она еще раз поцеловала его и, быстро подхватив сумку, вошла в вагон. Она заставила себя не оглядываться и не смотреть в окно. Вид его исчезающей в ночи фигуры доконал бы ее окончательно.
Вагон спал. Она расстелила свою постель, скинула туфли и легла, не раздеваясь. Ее руки все еще хранили его запах. Она закрыла ладонями лицо. Слезы текли по щекам, смывая непроходящую много лет боль.
Поезд уже давно скрылся из виду, а он все смотрел и смотрел ему вслед. Потом резко развернулся и пошел к машине. В салоне все еще ощущался аромат ее духов, а на сиденье обнаружились ее перчатки. Он взял их в руки и долго-долго смотрел, потом полжил обратно.
-Хорошая примета, - грустно улыбнулся он и медленно поехал домой.
30.10.2010